Юмор как часть психотерапевтического процесса

Автор Илич Иван
Психиатр, примариус, сертифицированный психоаналитический психотерапевт, преподаватель и председатель Комитета по этике Общества психоаналитических психотерапевтов Сербии, почётный член президиума Секции психотерапии Сербского медицинского общества, г. Белград, Сербия

Юмор — сложное явление. Его можно рассматривать с психологической, философской, исторической, культурологической точки зрения. Но в рамках этой темы нам важно ограничиться тем, какое место юмор занимает в психотерапевтическом процессе.

Психотерапия — это деятельность, которая находится где-то между навыком, профессией и практическим методом. Она непосредственно связана с личностью психотерапевта. А в центре всей этой работы находится психотерапевтическое взаимоотношение: именно оно является сутью терапии и входит в состав рабочих отношений терапевта и клиента.

Поэтому юмор и психотерапия, в определенном смысле, неразрывно связаны. Юмор может быть лекарством против агрессии, против скуки, против чрезмерной тяжести и застывания. Но в психотерапии он всегда служит серьезности.

Юмор и психотерапевтические отношения

В реальной жизни юмор может быть одним из способов общения между людьми. В терапии он также может стать способом коммуникации клиента и психотерапевта. Но, кроме этого, он может быть и тонким маневром, с помощью которого терапевт достигает определенных терапевтических целей.

С точки зрения пациента юмор можно рассматривать по-разному. Иногда это зрелый механизм защиты. Иногда — специфический вид сопротивления. И здесь очень важно не перепутать одно с другим.

Юмор как защита и как сопротивление

Мне вспоминается одна хорошая метафора. Механизмы защиты похожи на армию, которая защищает страну. Сопротивление — это уже другое явление, оно связано с тем, как человек удерживает терапевтический процесс от приближения к болезненному материалу.

Юмор может быть и тем, и другим. Он может помогать человеку выдерживать боль, стыд, тревогу, агрессию. Но он же может использоваться для того, чтобы не говорить о важном, уйти в сторону, обесценить переживание или не подпустить терапевта ближе.

В психотерапевтическом процессе юмор может выступать как:

• способ установления контакта;
• зрелый механизм психологической защиты;
• форма сопротивления;
• диагностический материал;
• терапевтическое вмешательство;
• способ снизить идеализацию терапевта и вернуть отношения к человеческому измерению.

Чувство юмора и способность смешить: в чем разница

Чтобы вообще размышлять на эту тему, важно различать чувство юмора и способность смешить людей. В русском языке есть выражение «чувство юмора», в сербском это значение устроено немного иначе, но суть различия остается важной.

Способность смешить людей — это дар. Это определенное выражение интеллекта, творческой способности, умения пользоваться абсурдом, неожиданным поворотом, парадоксом. Но такой дар есть не у каждого. Существует много прекрасных людей, которые не умеют смешить других, но своими качествами заслуживают большого уважения.

Чувство юмора имеет отношение к тому, как человек относится к самому себе и к миру. Оно несет в себе эстетический и моральный компонент. Это функция зрелого Эго и, если следовать психоаналитической мысли, особый дар, который Супер-Эго дает Эго, чтобы утешить его и помочь вынести тяжелые обстоятельства.

Люди, у которых нет чувства юмора, часто оказываются менее зрелыми именно в этом отношении. Но и обратное тоже важно: веселый человек не всегда обладает настоящим чувством юмора. В жизни можно встретить много веселых людей, у которых юмор есть как форма поведения, но нет глубокого чувства юмора. Даже профессиональные комики в частной жизни иногда бывают очень мрачными людьми.

Оригинальность и чувство юмора часто идут рядом, но не совпадают полностью. Есть юмор смешной, но не оригинальный. Есть безвредные шутки. Есть оригинальность, которая не является юморной: человек может быть необычным, но при этом не смешным и не вызывающим теплого отклика.

Юмор, зрелое Эго и Супер-Эго

Если понимать чувство юмора как одну из функций Супер-Эго, можно предположить, что при недостатке чувства юмора нарушены или недостаточно развиты и некоторые другие функции Супер-Эго. Конечно, это не единственный критерий оценки человека, но в клиническом мышлении он может быть полезным ориентиром.

Если мы посмотрим на людей с выраженными диссоциальными, психопатическими или тяжелыми нарциссическими чертами, мы часто увидим у них очарование, ум, способность к манипуляции. Но настоящего чувства юмора там обычно немного. Попробуйте пошутить вместе с таким человеком, особенно пошутить о нем самом, и вы быстро увидите, что это за ситуация.

Поэтому наличие или отсутствие чувства юмора может быть одним из маркеров того, как функционирует Супер-Эго, насколько человек способен видеть себя со стороны, выдерживать неидеальность, не разрушаясь и не разрушая другого.

Фрейд и Юнг: два отношения к юмору

Важно вспомнить и место юмора в отношениях Фрейда и Юнга. Фрейд вырос в мире еврейских шуток, где чувство юмора было очень развито. Он сам обладал даром юмора и подробно исследовал связь шутки с бессознательным. Его работа о юморе 1927 года также остается принципиальной для понимания этой темы.

При этом Фрейд, можно сказать, положил свой юмористический дар на алтарь психоанализа: ему было важно, чтобы психоанализ был принят как серьезная наука. В консервативной Вене это было непростой задачей.

Юнг, с другой стороны, происходил из иной культурной и религиозной среды: его отец был протестантским священником, и смех, забава, веселость не были там приоритетом. Возможно, поэтому у Юнга чувство юмора не развилось в той степени, как у Фрейда. Но он, тем не менее, считал юмор одной из божественных ценностей человека. Известно, что он не очень хотел работать с клиентами, у которых совсем нет чувства юмора.

Как юмор помогает диагностике

Покажем на клинических примерах, как юмор может использоваться в психотерапевтической практике. Прежде всего важно подчеркнуть: когда психотерапевт пользуется юмором, это не значит, что нужно смеяться в течение всего сеанса. Есть определенные моменты, когда уместна метафорическая, юмористическая экспрессия.

Юмор в терапии всегда должен быть связан с добрыми намерениями. Это основание терапевтических отношений. В нем не должно быть цинизма, высмеивания, желания обидеть клиента или поставить его в унизительное положение.

Для терапевта здесь важны несколько ориентиров:

• юмор должен оставаться доброжелательным;
• шутка не должна подменять эмпатию;
• нельзя использовать юмор для высмеивания клиента;
• важно учитывать структуру личности, состояние клиента и этап терапии;
• если клиент не принимает шутку, это не повод обвинять его, а материал для понимания процесса.

Шутка про теннисную сетку

Юмор может быть полезен уже в диагностической части исследования. Иногда я делаю это на первом сеансе, потому что реакция клиента на юмор дает важную информацию не только о нем самом, но и о перспективах будущей психотерапевтической работы. Можно вспомнить афоризм: скажите мне, над чем человек смеется или над чем он не смеется, и я скажу, что это за человек.

Однажды ко мне пришла молодая клиентка: интеллигентная, ухоженная, но с очень выраженной тревожностью, которую ей было трудно контролировать. В ней ощущалось что-то необычное, как будто в любой момент что-то может взорваться. Она рассказывала о себе и упомянула, что играет в теннис.

Я воспринял это как интересный материал и спросил ее: «Знаете, что меня интересует? Почему никому не пришло в голову убрать сетку? Мы кидаем мячик, сетка нам мешает. Почему бы ее вообще не убрать?»

Она посмотрела на меня очень серьезно и строго и спросила: «Что вы имеете в виду? В чем тогда будет смысл игры?» Она рассердилась, и оставшуюся часть сеанса была немного раздраженной.

Дальнейшая диагностическая работа показала, что эта клиентка функционирует на погранично-психотическом уровне, с определенными психотическими симптомами. Конечно, нельзя делать вывод только из того, что человек не смеется над шуткой терапевта. Но сама реакция — невозможность войти в игровое пространство, резкое раздражение, буквальность — стала одним из элементов клинического понимания.

Один вопрос — два разных ответа

Другой клиентке, которая тоже играла в теннис, я задал тот же самый вопрос про сетку. Она ответила: «Потому что человеческий род не может выдержать такое количество свободы». На глупую шутку я получил философский ответ. И это уже совсем другой контекст, другая способность к игре, к символизации, к свободному обращению с абсурдом.

Был и третий случай. Молодая женщина, акушерка, очень умная, пришла из-за тревожности и панических атак. Я рассказал ей, что, когда был студентом медицины, проводил время в родильном доме и видел, как акушерки сразу после рождения ребенка говорят: мальчик или девочка. И я спросил, как они это определяют. Может быть, это профессиональная тайна? Я, мол, листал учебники по акушерству, но там ничего об этом не написано.

Она посмотрела на меня и сказала: «Ну, не все в книгах написано, доктор». Это тоже юмор, но очень другой. В нем есть игра, есть контакт, есть способность ответить на шутку, не разрушая ни себя, ни собеседника.

Юмор как окно в психическую организацию

Такие маленькие эпизоды уже в ходе диагностической оценки позволяют увидеть, как человек воспринимает юмор, может ли он играть, выдерживает ли неопределенность, реагирует ли агрессией, буквальностью, стыдом или живым ответом. Но повторю: это не самостоятельный диагностический тест. Это материал, который имеет смысл только в контексте всего терапевтического процесса.

Юмор как терапевтическое вмешательство

Юмор можно использовать и в ходе терапии. Иногда это краткое вмешательство, которое занимает всего несколько секунд, но меняет эмоциональную атмосферу и оставляет след.

Как шутка снижает напряжение

У меня был клиент, мужчина уже в возрасте. У него умерла жена, и он находился в депрессивном состоянии, много плакал. Я, естественно, принимал его с эмпатией, помогал стабилизировать психологическое состояние. В какой-то момент он рассказал, что профессионально занимался баскетболом и был одним из заметных игроков в команде.

Он стал спокойнее говорить о тренировках, о составе команды, о том, как все это происходило. И я спросил: «А вы, наверное, тройки забивали?» Он немного рассмеялся и сразу расслабился. Может быть, этот момент длился всего десять секунд, но такие десять секунд иногда имеют большое значение, особенно когда терапия касается очень сложных переживаний.

Почему терапевту важно уметь смеяться над собой

Иногда терапевт должен уметь слегка подшутить и над собой. Это тоже может быть терапевтическим вмешательством. Терапевт, который делает вид, что он все знает, каждого может спасти и вылечить, удерживает клиента в идеализированном переносе, а сам может попасть в ловушку контрпереносной идеализации.

Один человек говорил, что дает интерпретации только в двух случаях: когда хочет показать клиенту, что он не спит, и когда хочет показать, что он тоже может ошибаться. В этой фразе есть важный смысл: терапевт не должен превращаться в безошибочную фигуру.

Однажды пришла клиентка, которая всегда была очень серьезной и поддерживала этот образ особенно в терапии. Я спросил ее: «Как у вас дела?» Она ответила немного пассивно-агрессивно: «Я никогда не знаю, как отвечать на этот вопрос, который вы мне так часто задаете». Я сказал: «Да, действительно, глупый вопрос. Но я люблю задавать глупые вопросы, потому что я глуп».

Такое вмешательство похоже на то, что Михаил Литвак называл психологическим айкидо: мы принимаем то, что сообщает другая сторона, соглашаемся с этим и не вступаем в борьбу. Эффект может быть очень важным. Клиент видит, что никто не совершенен. Это снижает идеализацию, влияет на нарциссическую защиту и показывает, что за собственное несовершенство не обязательно держаться так жестко. Особенно это важно в терапии подростков.

Когда клиент шутит о терапевте

Интересно наблюдать и то, как клиент сам начинает шутить или шутит о терапевте. У меня была молодая клиентка, импульсивная, в чем-то даже бесконтрольная. Однажды я пошутил, а она сказала: «Ну вот, опять вы тут пытаетесь проявить юмор». Я ответил: «Что значит пытаюсь? Я и есть юморный человек».

Другой клиент рассказывал о повторяющихся ситуациях с супругой. Они часто куда-то ездили и постоянно теряли паспорта или клали их не туда, не могли найти на границе. Я сказал: «Понимаю, что вас это раздражает. Но если посмотреть с другой точки зрения, это ведь на самом деле смешно». Он ответил: «Доктор, наверное, мне было бы смешно слушать, как что-то подобное происходит с вами на границе».

Еще один клиент говорил о проблемах в отношениях с человеком, которого считал дураком. Мне стало интересно, и я попросил рассказать подробнее. Сказал: «Я люблю дураков». Он ответил: «Нет, не любите вы дураков, вы только делаете вид, что любите». Я спросил: «А почему я это делаю?» Он сказал: «Вы таким образом поддерживаете свою незначительность».

В длительной терапии другая клиентка однажды сказала мне: «Доктор, вы очень странный человек. Смеетесь над вещами, которые вообще-то не смешные. Ваши шутки настолько глупые, что даже американцы так не шутят». И я рассмеялся. В таких эпизодах тоже есть терапевтическая жизнь: клиент уже может видеть терапевта, отвечать ему, выдерживать игру, иногда нападать, иногда сближаться.

Оценка работы юмора в терапии

Иногда изменения в чувстве юмора можно заметить только спустя время. С одним клиентом мы завершили психотерапию, которая длилась около двух лет. У него был обсессивно-компульсивный синдром, и чувство юмора у него в начале было почти нулевым. Он учился на юриста, но не хотел быть ни адвокатом, ни судьей — хотел быть бюрократом. И ко всему в жизни относился примерно так же.

Через некоторое время после окончания терапии он пришел на фоллоу-ап. Я спросил: «Может быть, вы поработали над своим чувством юмора?» Он ответил: «Исключительно с конкретной целью вашего вопроса я над этим не работал и вообще не знаю, как это делать». Я сказал: «В смысле вашего ответа, мне кажется, все-таки вы над этим поработали».

Иногда именно в такой формальной, почти бюрократической фразе уже появляется возможность увидеть себя со стороны. И это тоже движение.

Шутка клиента о себе: защита, ресурс или агрессия

Есть важный вопрос: может ли шутка клиента о самом себе быть механизмом защиты? Конечно, может. Это хороший и сложный вопрос. Иногда самоирония действительно помогает человеку выдерживать напряжение, не разрушаться от стыда и не проваливаться в беспомощность.

Но иногда такая шутка может доходить до самоунижения. Тогда она может быть признаком регрессии и того, что клиент нуждается в терапевте, который будет поддерживать его почти как маленького ребенка. И в этом случае юмор уже не столько ресурс, сколько способ показать свою беспомощность и потребность в удерживании.

Может ли это быть одновременно и защитой, и ресурсом? Да. Может ли это быть выражением агрессии? Тоже да. Мы не можем сразу делать окончательный вывод, если клиент начинает шутить о себе или о психотерапевте. Ответ появляется в дальнейшем ходе терапии.

Чтобы понять, что лежит в основе юмора клиента, нужно смотреть на ассоциации, которые вызывает его шутка, на повторяющиеся ситуации, на то, что происходит после смеха: появляется контакт или он исчезает, становится ли клиент ближе к переживанию или, наоборот, уходит от него.

Главное правило: не разрушить юмор анализом

Здесь есть одна важная опасность. Анализируя юмор, мы можем потерять его предназначение. Если разбирать каждую шутку слишком быстро, слишком буквально и слишком серьезно, она перестает быть живой. Юмор требует пространства игры.

Именно поэтому терапевту важно сохранять такт. Юмор в психотерапии — это не демонстрация остроумия, не развлечение и не способ избежать тяжелых тем. Это тонкий инструмент, который может работать только тогда, когда он встроен в терапевтические отношения и служит им.

Выводы для психотерапевта

Юмор в психотерапии помогает нам увидеть, как человек относится к себе, к другому и к реальности. Он может показать зрелость Эго, особенности Супер-Эго, способность к символизации, уровень тревоги, характер защиты и сопротивления.

Юмор может снизить напряжение, дать краткую передышку, ослабить идеализацию, открыть новую перспективу, позволить клиенту выдержать неидеальность свою и терапевта. Но при этом юмор должен оставаться этичным и доброжелательным. В нем не должно быть насмешки, цинизма и желания поставить клиента ниже себя.

Если юмор служит терапевтическому процессу, он не уменьшает серьезность работы. Напротив, он помогает выдерживать эту серьезность. Потому что, как мы уже говорили в начале, юмор и серьезность не противостоят друг другу. Иногда именно чувство юмора делает серьезность по-настоящему глубокой и человеческой.